пятница, 21 марта 2014 г.

Мои города.


Родилась в Туркмении.
Зной. Виноград в полисаднике, пьянящий аромат роз , невероятная сирень весной, немного зимы... 
Дыни, клубника, помидоры размером с небольшой арбуз, абрикосы.
 Жёлтая глинистая Амударья, прохлада арыков по вечерам, мотоциклы, скрип арбы с грустным ишачком впереди, анисовый запах колючих кустарников, тутовник во дворе.  И детвора облепившая его, как стая маленьких обезьянок. 
Тёплая лепёшка с парным молоком от соседки туркменки утром … Мои друзья - русские, туркменчата, армяне, обрусевшие немцы, украинцы ,  - да кто там и спрашивал чьи мы по крови,  - все одинаково голопузые, чумазые,  счастливые и озорные.
Активность исключительно по солнечным часам - до его зенита и далеко не сразу после.  И голуби. Воркование голубей до сих пор сладкой истомой разливается в сердце. 
Потом Астрахань, небольшой гарнизон недалеко от неё. 
Вяленные щуки, поля,  глубокоснежная зима,  детская вольница во всех направлениях.
Ещё помню прохладный плеск реки, перевёрнутые дырявые лодки на берегу, рыбалку, арбузы…
В дом заползали тарантулы и даже один раз змея.
Чёрная осенняя земля,  сладко-рыбно-кукурузный запах лета.
Баку. 
Тёплый ветер,  море,  пляж,  пионерский лагерь,  любимый класс, зимние ливни,  маки весной. 
Базар, "синенькие",  чурек,  мясо по талонам,  слоистый кефир в огромных бутылках,  кислючая  "сюзьма".
Квартал - четыре десятиблочных  девятиэтажки напротив друг друга,  котлованы недостроенных ещё домов,  детский сад в центре.  Дружим кварталами, площадки для игр в детском саду, крысы в подъездах, заляпанный вонючий мусоропровод, переполненные мусорные контейнеры по углам.
Южный шик в одежде,  мороженное с розовым вареньем,  сбор маслин осенью , варенье из грецких орехов,  кизила,  инжира,  винограда, айвы …
"Бакинки" - свои, и просто "русские, да" - чужие.
Пять копеек водителю в автобусе без всяких билетов, передают все.  Все мужчины стоят,  с тяжёлыми сумками на рынках только русские жёны.
Бульвар,  Девичья Башня,  шашлык,  люля,  пиво,  лимонад,  шампанское ,  чайки,  папин СКР и Праздник Нептуна на борту.
Мурманск. 
Полярная Ночь,  огни, огромные ледяные драконы перед главной гостиницей города.  Всё белое. Снег, теплоход.
Едем дальше, на самый край.
Полярная Ночь, огни, снег, "ветер раз", "посёлок летающих собак".  В школу на попе по сопкам вниз,  из школы ползком наверх,  подталкивая друг друга.
Полярное сияние, "вчера медведя опять на свалке видели".
Полярные День,  лето,  туман,  комары,  куртки,  холодно.   Сразу за домом тундра, грибы, морошка, голубика, "далеко отходить опасно, можно заблудиться, недавно только офицер пропал".  
Каникулы с мая. На теплоход, на Большую Землю,  в солнце,  в лето , в цивилизацию.  
Закончилась школа… Выпускной.  От родителей сбежали, последняя совместная фотография на фоне замшелых валунов и холодного тундрового лета. 
Питер. 
Хотела в Харьков, подруга звала, приехала  Питер.  Было всё равно, хоть в Москву, но Питер ближе. 
"Как много бедных людей"…,  "хлеб и булка» …, поребрик"…, "какой же он величественный"… "Ура, свобода!"  В большом городе как рыба в воде, это любовь с первого взгляда.
Общежитие,  друзья,  театры,  любовь,  сессия.
Зима, грустно.  Невский,  мороженное,  с  Восстания до Дворцовой пешком одна,  легчает.
Дворы-колодцы подавляют, спальные районы -  уютное, родное, моё.
Мммм… блинные…,  пышечные …   А ещё булочные,  и в них кофе с молоком из больших железных баков с краниками.  Вежливому бомжу  многие оставляют половинку своих булочек.
Коммуналки это нечто - "и как люди так живут?» Жаренная на маргарине картошка, изумительная бабулька по утрам в ванне с холодной водой.  
- Инна,  Вы курите?  Приглашаю Вас на сигаретку. Расскажите мне,  как сейчас развлекается молодёжь, мне безумно интересно. 
Пассаж,  Гостинный двор - "купить нечего".  Рядом же Финляндия.  Или подружкина знакомая вчера из Италии новую партию "прикольного" привезла. 
Взгляд больше не замечает "бедных людей",  зато безошибочно определяет в толпе кто ты, где ты, зачем ты в этом городе - ассимилировала, мимикрировала, через пять лет своя.  Я поняла этот город, и, кажется, город принял меня. 
Провинция.
Болото. «Зачем я здесь…, бежать…, назад, в Питер хочу…, какие злые, завистливые люди…, я здесь чужая».
Предложили интересную работу.  Согласилась.  "Полгодика поработаю и в  Питер".
Мне:  "Девушка, я не понимаю что вы говорите, у вас какой-то странный акцент".
Через полгода я:  "Господи, неужели я сейчас сказала это как они? Какой ужас".
Через год не успеваю следить за ходом мыслей своей подруги из Питера. Поняла про странный акцент.  Пора сваливать.
Любовь, замужество, дочь. "Какая же красивая провинция летом!". 
Москва. 
Не хочу, не люблю, боюсь, не поеду!
Какая же она грязная!
Какие люди приветливые.... 
Боюсь электричек, теряюсь в метро. Комплекс провинциалки?  Хм... Что-то для меня новенькое.
- И как вы здесь живёте, как вы умудряетесь целостно эту махину воспринимать? 
- А никто и не воспринимает. Каждый сидит в пределах своего микрорайона.
Угу, поняла вас,  дорогой товарищ, расслабилась,  Москву полюбила. 
Теперь я действительно люблю этот город - большой, сильный, дружелюбный и деловой.  
Геленджик. 
Истома. Праздность. Жара.
Мой климат, вернулась в детство.
Толпы праздношатающихся,  гомон, купальники, плавки,  заплывы,  "парашюты",  "бананы", ожоги,  чебуреки, загар.
Пьянит сосново-пряный аромат южного  отпускного безделья.
Море... Чайки…  плеск волн …  маленький уютный ресторанчик на берегу.  Музыка, пары, блуд.
- А что презервативов супертонких нет уже? 
- Нет, молодой человек, к сожалению, закончились. Возьмите с дополнительной защитой. Есть пока. 
Были, конечно ещё города, в которых удалось побывать. Но все они ненадолго, мельком,  «как-то издалека»,  скороспелой побывкой.
 Минск очень светлый.  В нём спокойно и неторопливо хорошо.
Саратов пыльный, усталый, не приглянулся совсем.  Зато в нём в детстве были  деревни.   «Синенькие» - цветущий колхоз ,  тёткина  улица  на горе, с тропинкой, ведущей стремительным бегом к  переливающейся бликами Волге. Бодливый  молодой бычок и жутко жирный, сладковатый густой борщ из домашней утки.  А на завтрак кружка в руки и за малиной в огород. Если сумеешь от бычка увернуться.
«Ивановка» деревня тёмная,  я очень боялась её закопчённых домов и полуразрушенной  чёрной церкви.  Но там был дом «бабполи» с настоящей печкой и топлённой в молоке картошкой, огромный сад и, почему-то всё время дождь. 
В Вольск мы добирались на «Ракете» и там  почему-то всегда цвели полисадники. 
Волгоград  поразил длиною и ветром чуть с Кургана не сдул.
Воронеж  показался тяжёлым,  придавил.  Ввёл в оторопь чёрными деревнями ещё на подступах.
В Кисловодске было откровенно скучно, хотя место, действительно, уникальное.
Туапсе хаотичный - нагромождение нелепых строений, сочиненных  на все лады.
Сочи хорош, хотя и жуликоват пляжами – все большие валуны были на бесплатных.

И совсем небольшие городки ещё были, деревеньки, посёлочки, посёлки.  Дороги... дороги... дороги...  
Я, словно маленький хитрец  и бродяга Ходжа Насреддин,  дороги манят меня и зовут.
 «… И опять звенела, дымилась белая каменистая дорога под бойкими копытами его ишака. Над миром в синем небе сияло солнце:  Ходжа Насреддин мог не щурясь смотреть на него.  Росистые поля и бесплодные пустыни, где белеют полузанесённые песком верблюжьи кости, зелёные сады и пенистые реки, хмурые реки и зелёные пастбища слышали песню Ходжи Насреддина. Он уезжал всё дальше и дальше, не оглядываясь назад, не жалея об оставленном и не опасаясь того, что ждёт впереди. …» 



1 комментарий: